БЫСТРЫЙ ПЕРЕХОД :

НАВИГАЦИЯ ПО РАЗДЕЛУ :



Путь по сайту: Главная / Законодательство КНР / Законодательство и экономика Китая - Том I / Арбитраж и арбитражная практика / Дополнительные положения

Дополнительные положения

Содержание:
Особенности ведения арбитражного процесса в КНР
Арбитражная оговорка
Основания для российско-китайской международной торговли
Мировое соглашение
Легализация документов
Изменения в учредительных документах российской стороны
Переуступки права требования
Ответственность учредителей
Исполнительное производство
Роль силовых и государственных органов КНР при разрешении экономических споров
Третейские суды и согласительные комиссии
Внесудебные решения споров
Некомплект документов


Хозяйственные споры Россия-Китай, можно разделить на несколько типов:
  • Процессы, проходящие в судах при ТПП двух стран по месту нахождения ответчика.
  • Суды в третьих странах.
  • Арбитражные суды на территории РФ.
  • Внесудебные процедуры:
криминальные разборки;
воздействие на противника в споре через силовые структуры;
воздействие на противника в споре через административные органы;
согласительные комиссии и третейские суды;
попытки возврата долга с помощью обмана.

Арбитражная оговорка

Особенностью законодательства КНР является арбитражная оговорка, в соответствии с положением Гражданского кодекса КНР и Законом “О судебной системе КНР”.
Если в судебной практике РФ существует целая система условий и оговорок, когда можно отменить, изменить и т. д. оговорку решением суда, то в судебной практике КНР это недопустимо. Это одно из ключевых обстоятельств, которое необходимо учитывать юристу и бизнесмену при составлении контракта. Если в типовом контракте местом разрешения споров установлен арбитражный суд в Стокгольме, Лондоне, Папуа-Новой Гвинее, то вам придется ехать на другой конец планеты и разрешать данный спор в суде, обусловленном договором. В случае, если вы сможете обеспечить рассмотрение дела в суде РФ и получить необходимое вам решение, то исполнить его в КНР будет невозможно, т. к. судебные приставы в обязательном порядке запросят у вас договор, на основании которого возник спор, и при наличии в нем арбитражной оговорки о разрешении споров в суде КНР или третьей страны ваше решение будет признано не подлежащим исполнению, т. к. получено незаконным путем. Кроме того, 2-процентная судебная пошлина, оплачиваемая предварительно за исполнение решения, вам возращена не будет. Итогом действий по изменению подсудности при наличии судебной оговорки будут расходы по оплате судебных издержек в России, оплата услуг китайских юристов. При попытке исполнить судебное решение, – оплата государственной пошлины в КНР и два-три выезда в Китай. При иске на 100 000 US$ сумма издержек составит от 4000 до 7000 US$. Результат же будет нулевой.
Далее, обратившись в соответствии с оговоркой в суд третьей страны, мы можем получить отказ в рассмотрении дела, обоснованный тем, что данный спор уже рассматривался другим судом, на основании положений международного права, судебная оговорка изменена, по данному спору вынесено решение и дело перешло в плоскость исполнения решения.
Теперь условия исполнения судебных решений должны быть согласованы законодательствами России и Китая. Даже если вы не будете информировать суд о рассмотрении спора в России, ваш противник не замедлит его об этом уведомить, заявив протест на прием дела к рассмотрению. В 99 случаях из 100 этот протест будет удовлетворен и иск будет возращен вам без рассмотрения.
Из всего сказанного можно сделать только один вывод: споры с китайцами-ответчиками можно вести только в судах при ТПП КНР в г. Пекине. Необходимо очень внимательно относиться к разделу контракта “Арбитражная оговорка”. Нам трудно судить, о том, на каких условиях китайцы судятся с американцами или японцами, но в отношении споров с гражданами России Китай неизменно придерживается именно таких позиций.
Далее приводятся и другие причины, по которым русским следует судиться с китайцами в судах при ТПП Китая.


Основания для российско-китайской международной торговли

Россия и Китай заключили очень много соглашений, но, к сожалению, они носят политическую окраску и зачастую декларативны. Основой для торговых отношений и судебных разбирательств остается статья 6 из договора между СССР и КНР от 1983 года. Договор ратифицирован парламентами и имеет силу закона. Нас сейчас интересуют в этом документе только 3 положения.
Судопроизводство по экономическим спорам между хозяйствующими субъектами СССР (России) и КНР ведется только в судах при ТПП двух стран по месту нахождения ответчика. Никакие другие варианты не предусмотрены. Из чего следует, что если в арбитражной оговорке назван, например, Морской суд в Лондоне, то судебные приставы Китая имеют права и основания отклонить его решение вследствие неподсудности дела суду в Лондоне в соответствии с договором СССР-КНР. Но нестандартность ситуации заключается в том, что и суд при ТПП КНР может не принять иск, сославшись на арбитражную оговорку относительно суда в Лондоне.
В договоре между СССР и КНР обозначен срок исковой давности – 4 года. Основания для его продления нигде не оговорены. То есть, сегодня истекают сроки по контрактам 1997-1998 годов. Огромные пласты дел начала и середины 90-х годов по срокам давности уже выпали из списка возможных для рассмотрения в суде.
Штрафные санкции предусмотрены из расчета 6% годовых (среднемировая ставка). Все же упоминания о возмещении за неисполнение обязательства из расчета 0,5-1% за каждый день просрочки и о ставке рефинансирования ЦБ РФ и т.п., для суда в Пекине не будут иметь никакого значения. Данный суд будет опираться только на размер процентной ставки, установленный в международном договоре. Сегодня единственным недействующим положением этого договора, на основании соглашения от 1993 года является положение о замене в расчетах клиринговой валюты (швейцарского франка) на доллар США.
Из этого следует, что арбитражная оговорка имеет большое значение и может звучать только в следующей редакции: “Все споры, разногласия или требования, возникающие из настоящего контракта или в связи с ним, в том числе касающиеся его исполнения, нарушения, прекращения или недействительности, за исключением обстоятельств, являющихся подсудными государственным судам общей юрисдикции, подлежат передаче на рассмотрение международного арбитражного суда при Торгово-промышленных палатах сторон. Арбитраж производится в стране ответчика”. На практике это означает, что на территории КНР арбитражное разбирательство будет осуществляться в Китайской международной экономической и торговой арбитражной комиссии при Китайской палате международной торговли или Китайском комитете содействия развитию международной торговли в Пекине в соответствии с правилами о производстве в этой комиссии.
На территории России разрешение спора будет происходить в Международном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Российской Федерации в г. Москве, в соответствии с регламентом этого арбитражного суда.
Решение арбитража будет окончательным и обязательным для обеих сторон, судебные издержки оплачиваются за счет виновной стороны. Все остальные варианты, к сожалению, нереальны.
При работе с китайскими партнёрами и использовании типовых контрактов следует внимательно вычитывать арбитражную оговорку, т.к. В типовых текстах, разработанных китайцами, часто производится замена одного слова: “в стране ответчика” на “в стране истца”. Эта невинная ошибка вступает в противоречие с требованиями “Условий поставки СССР-КНР” и может послужить основанием для отказа судебными органами в приёме материалов дела к рассмотрению на основании неподсудности данному суду и грубых нарушений международных договоров. Это также ставит русскую сторону в невыгодные финансовые условия, при исполнении решения суда.
Юридическим отделом МИАП разработан ряд методик, которые позволяют восстановить арбитражный срок и подредактировать арбитражную оговорку в условиях, когда в договоре был указан суд третьей стороны. Технологии МИАП не относятся к категориям законодательства КНР и данной статьей рассмотрены не будут. Это наше “ноу-хау”.

Мировое соглашение

К сожалению, российским предпринимателям в КНР рассчитывать на эффективность мировых соглашений невозможно. В случае, когда ответчика в КНР удается вынудить подписать мировое соглашение в суде ТПП КНР, китайцы обычно дают согласие на погашение долга в минимальные сроки.
Такое, на первый взгляд нелогичное, поведение китайской стороны объясняется следующими обстоятельствами. Если срок выполнения соглашения составляет 30 дней с момента подписания соглашения, то в течение 30 дней в случае его неисполнения, вы не успеете обратиться к судебным приставам по месту нахождения ответчика с просьбой о принудительном его исполнении. Гражданским кодексом КНР по этому поводу установлено следующее: “Если мировое соглашение не исполнено, даже если оно заключено в суде, и истец не обратился в течение срока действия соглашения в судебные органы для его принудительного исполнения, то за временными рамками соглашения при его срыве в суд надо обращаться повторно, с уплатой 2-процентной пошлины”. Это означает, что если ответчик срывает исполнение, необходимо обращаться за принудительным исполнением к судебным приставам до окончания срока погашения долга, установленного мировым соглашением, и если этот срок упущен, все действия по разрешению спора нужно начинать сначала.
В РФ создано много различных внесудебных инстанций, согласительных комиссий, третейских судов, губернаторских и президентских комиссий. Все эти структуры в течение 10 лет прилагали титанические усилия для разрешения экономических споров, проведены сотни заседаний, исписаны кипы бумаги для многих тысяч мировых соглашений и обязательств поставки товаров и возвращения долгов. Однако эти мировые соглашения в большинстве случаев не были выполнены.
Китайская сторона исполняет мировые соглашения только в том случае, если это исполнение ей выгодно или открывает путь к дальнейшей очень выгодной работе с конкретной российской компанией, или же когда этой компании некуда более поставить свой товар.

Легализация документов

Это довольно серьезная проблема, искусственно созданная китайцами. Все документы, с которыми российская сторона обращается в судебные инстанции КНР, подлежат легализации в консульских учреждениях МИД КНР в РФ. Консульство Китая стоит “Великой китайской стеной” на пути русских истцов в судах КНР.
В 1999 году юридический отдел МИАП в течение 14 месяцев пытался заверить судебные документы суда Южного Сахалина в Генеральном консульстве Китая в Хабаровске. Наши работники долгое время посещали консульство каждые 10 дней, и в течение первых 6 месяцев у них запросили 11 документов из различных органов России, причем, каждый раз требовался новый документ. Через 6 месяцев истек срок действия исполнительного листа, и мы занялись получением нового. Когда был готов новый, мы стали снова собирать российские справки, т.к. собранные уже устарели по срокам. На второй раз управились за 4 месяца, после чего были утеряны 3 документа, пока их восстанавливали, началось празднование китайского Нового года. Затем в очередной раз истекли 6 месяцев срока действия исполнительного листа, а когда мы все же сдали в третий раз документы в консульство, все работники перестали говорить на русском, а нашего переводчика “перестали понимать”. Еще через 2 месяца нам вернули документы без заверения, сославшись устно на какое-то решение суда КНР. Вся эта эпопея нашему клиенту обошлась в 900 US$ выплат в консульство за заверение, 450 US$ — 3 командировки на Сахалин, 150 US$ переводы, нотариусы, сборы в России и т.д. Итого — почти 2000 US$ при нулевом результате. Все подобные проблемы решаются только путем личных хороших связей, и другого пути, к сожалению, пока нет. Надеемся, что вступление Китая в ВТО изменит ситуацию, но пока все, что касается документов и консульства, дается тяжело.
Все основные вопросы по легализации документов и исполнению судебных решений, отражены в следующих документах.

Изменения в учредительных документах российской стороны

Данный вопрос является проблемой в масштабе всей России. Ни для кого не секрет, что все юридические лица РФ за последние 10 лет пережили как минимум 6 реорганизаций и перерегистраций. Так, например, АОЗТ “Х” образца 1992 года с юридической точки зрения не имеет никакого отношения к ООО “Х” образца 2000 года. Поэтому, начиная арбитражный процесс в КНР, нужно понимать, что он займет не менее 2-2,5 лет. И что деньги, на основании решения суда, может получить только та компания, от имени которой был заключен договор на поставку товара, но ни в коем случае не та, которая носит похожее имя, либо ее законный правопреемник, наследующий и дебиторскую, и кредиторскую задолженности. Поэтому фирму-кредитора необходимо хранить, холить и лелеять, а в случае перерегистрации, новая компания должна быть полным правопреемником старой (хотя неясно, для чего в такой ситуации нужна перерегистрация).
Китайское консульство, при легализации доверенности на право представлять интересы истца в суде, проверяет все документы путем запросов в мэриях тех городов России, где зарегистрирован правопреемник. Документы не выдаются консульством до тех пор, пока не получен ответ на запрос. Консульские запросы могут повторяться 3-4 раза. Так, например, “Дальспецстрой”, созданный в 2002 году, не может предъявить претензии к СП “Жемчуг” и его соучредителям в КНР, т.к. отсутствует правопреемство компаний “Дальспецстроя” между собой. Необходимо также учитывать, что даже если документы прошли через консульство и получено решение суда, то при работе с китайскими судебными приставами, правопреемство будет проверено, и при возникновении малейших сомнений в законности правопреемства, истец получит отказ в ведении исполнительного производства. По тем же причинам крайне неэффективно создание и фирм-двойников.

Переуступка права требования

В России переуступка права требования широко распространена. Органы КНР (суды, полиция, управление юстиции, консульские службы) данные договоры воспринимают с большой осторожностью, не желая их признавать и работать с ними. В течение 1998-2000 годов наши юридические службы безрезультатно пытались решить вопрос с договорами переуступки требования в судебных органах КНР.
Практика свидетельствует о том, что если привычные для китайской стороны документы легализовать тяжело, то договоры переуступки права требования вообще не проходят консульские службы. Судебные же органы КНР вообще не принимают к рассмотрению документы без консульской визы. в то же время консульские службы запрашивают учредительные документы всех участников сделки, а также контракты, на основании которых совершена переуступка. Запрашивается вся предыстория торговых отношений между компаниями. Все документы подлежат проверке и подтверждению. В судебной практике сложилась традиция отказов приема дел к рассмотрению на основании отсутствия договорных отношений российского кредитора с ответчиком в КНР.
Приведем типичный пример: российская компания “Сахморепродукт” была кредитором китайской компании “Восток”. В то же время “Сахморепродукт” имела задолженность перед компанией “Рыба плюс” (Владивосток). Между “Рыба плюс” и “Сахморепродукт” был заключен договор уступки права требования. После чего компания “Рыба плюс” с целью возвращения долга более полутора лет занималась натурализацией документов. В итоге, когда все документы были собраны и заверены в Генеральном консульстве КНР, канцелярия суда в г. Харбине отказалась их принять под предлогом отсутствия правопреемства у нового истца. Данное решение было обжаловано в суде г. Пекина, и процесс тянется уже более 2 лет. К сожалению, решить проблему смены истца при перерегистрации и рассчитаться цессией в России по своим долгам в КНР очень и очень трудно, а, скорее всего, при суммах более 100 000 US$ вообще невозможно.

Ответственность учредителей

По китайскому Гражданскому кодексу в ряде случаев предусмотрена ответственность учредителя за долги ее дочерней фирмы. Это может иметь место в следующих случаях.
Компания-ответчик не является ООО (КоЛТД), а является филиалом.
Компания-ответчик исполняла прямой заказ компании — учредителя, которая свои обязательства не исполнила. При этом компания-учредитель имеет контрольный пакет акций у компании-ответчика.
В этих случаях надо учитывать, что для выяснения всех обстоятельств дела необходимо иметь учредительные документы как ответчика, так и его учредителей. Процедура доказательства вины учредителя длится около года, при наличии всех необходимых документов.
Компания-ответчик располагает гарантийными письмами учредителя перед банками КНР или субподрядчиками по рассматриваемому в суде делу. В письмах однозначно оговорено, что учредитель выступает гарантом в сделке ответчика при получении кредитов или товаров для встречной поставки в РФ.
Эти три обстоятельства открывают широкое поле для маневра, однако надо учитывать, что знание этих обстоятельств особенно п. 2. и п. 3. — еще не имеет значения доказательства. Желательно получить копии гарантийных писем и писем заказов, уставы компаний в процессе согласования контракта. После того, как конфликт уже случился, получение этих сведений, не говоря уже о подлинниках документах, затруднено. Из нашего опыта в арбитражном суде “Фэсти” (РФ) – “Лун Ан” (КНР), на сбор необходимой информации и документов при обстоятельствах, описанных в п. 2., ушло 2 года и стоило это более 8000 US$.
После получения всех необходимых документов приходится начинать новый процесс. Здесь следует учесть ряд важнейших факторов.
При сроке в 1,5-2 года досудебной переписки, а так же 2-х лет подготовки к процессу и добывания документов, есть большой риск упустить сроки исковой давности.
Учредитель обычно имеет большую финансовую, организационную, юридическую, административную силу. Противодействие попыткам судебными методами взыскать задолженность, будет велико. Противодействие же в судебных и внесудебных инстанциях будет на порядок выше, чем в случае войны только с первичным ответчиком.
Еще сильнее и эффективней будет саботаж чиновников на стадии исполнения судебного решения.
Вводя в качестве соответчика учредителя предприятия-должника в КНР, необходимо учитывать все описанные нюансы и заранее устанавливать рабочие связи в службе судебных приставов. Необходимо также уточнить срок исполнения решения, срок исковой давности и порядок подачи требуемых документов. В частности, необходимо помнить, что срок обжалования решений и определений суда в КНР составляет 15 дней с момента вынесения, и срок доставки почтового отправления из КНР в РФ тоже 15 дней.

Исполнительное производство

Исполнительное производство в КНР представляет собой “ящик Пандоры”, и разобраться до конца, как он функционирует, невозможно. Управление судебных приставов — это подразделение суда первого или второго уровня, подчиненное одновременно руководству суда, местному управлению юстиции, управлению судебных приставов высшего уровня и Верховному суду КНР. То есть, четыре организации контролируют работу приставов, оказывая на них давление. Кроме этого, свое влияние имеют партийные и государственные органы. На судебную структуру могут влиять с помощью взяток, прямого указания сверху, а также давления шести различных органов власти. Чиновник данной структуры становится полным хозяином положения, он не подчиняется никому и делает то, что хочет, а чаще всего, просто ничего не делает.
Структура изнутри настолько опутана взаимными обязательствами, услугами, взаимными интересами и противоречиями, что даже мелкий клерк в состоянии полностью заблокировать весь процесс исполнения на долгие годы. Любимые методы китайских чиновников — потеря документов, пересылка их в другой суд, запрос дополнительных документов, уточнение платежных реквизитов, подтверждений правопреемства истца и кредитора и т. д. Рекордсменом по этой части является дело “Умекон” против “Дунфана” (Даоли).
В харбинском суде на исполнении, без реального движения семь лет пролежало решение суда при ТПП КНР в Пекине. В течение этого периода, беспрерывно шли какие-то запросы, велась переписка, отправлялись справки, уведомления. Данную проблему удалось разрешить, оказывая давление на начальника управления судебных приставов через председателя суда, начальника полиции Хэйлунцзяна и партком провинции, одновременно направляя жалобы в Пекин на имя председателя КНР. Столь активное воздействие продолжалось более 6 месяцев, прежде чем судебные приставы приступили к реальной работе. Еще четыре месяца деньги со счета приставов шли в РФ.
Работая с судебными приставами надо быть готовым ко всему описанному. Изучая ситуацию с “Умеконом”, юристы МИАП пришли к выводу, что саботаж имел место на уровне конкретного исполнителя, получившего взятку от ответчика. Все остальные чиновники были не против исполнения решения, либо занимали безразличную позицию, и только клерк, на исполнение к которому поступили документы, активно (7 лет!) сопротивлялся и приводил такой аргумент: “У меня сегодня нет служебной машины, и если я поеду на вашей или на такси, я уроню престиж своего уважаемого учреждения в глазах ответчика, большой и уважаемой фирмы в Харбине”.

Роль силовых и государственных органов КНР при разрешении экономических споров

Под силовыми органами в данном контексте подразумевается полиция, прокуратура, органы государственной безопасности.
Многие наши соотечественники, хорошо зная роль важных партийных чиновников во времена существования СССР, полагают, что такой же подход возможен к решению проблем и в КНР. Это не так. За 10 лет ведения арбитражных споров в КНР мы, особенно в первые годы, не раз пытались воздействовать на ответчика через силовые структуры. Сразу необходимо отметить, что это дает только отрицательный результат. В тех случаях, когда отсутствуют явные признаки уголовного преступления, привлекать силовиков бессмысленно.
Упоминавшаяся компания “Фэсти” обратилась в японское сыскное бюро за помощью. Японцы имели хорошие и реальные связи в полиции управления по экономическим преступлениям г. Харбина. Работники полиции в течение месяца трепали нервы руководству “Лун Ана”, провели проверку и, в конце концов, дело закрыли за отсутствием состава преступления. В результате были бесцельно потрачены время и деньги.
Второй пример: российское предприятие “ДВ объединение по обслуживанию металлоконструкций” пыталось получить долг с районного отделения электросетей г. Мишань. После того, как ответчик отказался платить, истец заручился поддержкой органов государственной безопасности и попытался вернуть долг. Руководители управления электросетей выгнали просителей – и русского, и китайца, пригрозив последнему крупными неприятностями за попытку заниматься коммерцией. “Красноярские лесопромышленники” в 1999 году были обмануты китайскими гражданами на 500 000 US$. Их представители обратились за помощью в партком города Манчжурия. В течение 3-х месяцев общались с партийными чиновниками, получили четыре очень хорошие и грозные резолюции на заявлениях и письма в полицию уезда (в данном случае налицо были все признаки мошенничества). Итогом стала бумажка из полиции: “Проверка проведена, нарушений и злоупотреблений со стороны граждан КНР не обнаружено”.
Попытки договориться с чиновником о работе на процент с возвращенного долга, у китайцев энтузиазма не вызывают, прямые взятки давать сложно, т. к. в процессе сговора и передачи взятки участвуют 3-4 человека – истец, переводчик, посредник, который свел стороны, и чиновник. В таких условиях взятку возьмет только сумасшедший. Кроме этого, надо учитывать, что взятки в размере менее 5000-6000 US$ китайцев, имеющих звание от полковника и выше, вообще не интересуют. Уровень доходов этих людей составляет 3000-5000 US$ в месяц, не считая побочных заработков (с начала 2001 года государственным служащим КНР разрешено заниматься покупкой и продажей акций).
Несмотря на остатки тоталитаризма в КНР, становление нормальной правовой системы идет достаточно быстро, активно идет разделение ветвей от главных ведомств. При большей законопослушности граждан КНР (в отличие от россиян), в Китае значительную роль в получении результата начинают играть органы, отвечающие за разрешение конкретной ситуации. Однако все происходящие изменения в общественных отношениях и сознании граждан не отменяют систему связей и взаимных услуг. Система прямого взяточничества вторична и выражена не так ярко, как в России.
И все же оказание давления на ответчика и судебные органы в КНР возможно, как и в любой другой стране мира. Однако не надо полагать, что любой “большой” чиновник в силах оказать помощь. Давление должно быть точечным, адресным, хорошо организованным и подготовленным, обеспеченным финансовыми ресурсами. То есть, необходимо точно знать — куда и к кому идти за помощью и что конкретно нужно просить. Все документы должны быть переведены и снабжены ясной и короткой пояснительной запиской, при этом надо точно определить, до какой точки данный чиновник может довести процесс, и опираться на реальные возможности данного человека. Когда мы просим о том, чтобы дело, которое сами не можем протолкнуть уже год, приняли к производству через канцелярию суда и получаем согласие, это означает, что дело примут, но не означает, что вам помогут его выиграть. Если говорится, что данная помощь стоит 10 000 US$, то их надо платить, либо сходить с дистанции.

Третейские суды и согласительные комиссии

За последние 10-15 лет между Россией и КНР минимум 10 раз предпринимались попытки создавать различные надсудебные органы, параллельные судебным. В Приморье существует согласительная российско-китайская комиссия по разрешению экономических споров, в Хабаровске есть третейский суд, в Пекине — комиссия по согласованию долгов и переводу их в уровень международных, в Москве — межрегиональная комиссия при Министерстве внешнеэкономических связей.
На государственном уровне и Россия, и Китай периодически начинают собирать материалы по взаимным претензиям. Чиновники проводят заседания, подписывают резолюции и расходятся заниматься своими насущными делами. В других городах — Иркутске, Чите, Красноярске, Улан-Удэ, Благовещенске также периодически возникают группы энтузиастов, пытающихся работать в этом направлении. Время от времени отдельные юридические конторы начинают проводить шумные рекламные кампании, в которых утверждают, что могут внесудебными методами вернуть долги. Разговоров вокруг этих проблем очень много, а результаты минимальные. От всей этой деятельности намного больше вреда, чем пользы. Работа этих комиссий, отрывает истцов от реальной работы, упускаются сроки исковой давности, теряются документы, бессмысленно тратятся деньги на переводы и визирование документов.
Рассчитывая на услуги согласительных комиссий, надо всегда помнить, что комиссия может помочь в том случае, когда обе стороны согласны на мировое соглашение, идут на уступки и не хватает какого-то определенного нюанса для разрешения противоречий. Тогда эти комиссии могут помочь. Но когда у фирмы нет денег и платить она не собирается или согласна платить 1/10 цены и не US$, а бартером, о каком согласии и исполнении может идти речь? Самое разумное — не обращать внимания на эти структуры и работать так, как написано в Законе о межгосударственных соглашениях.

Внесудебные методы решения споров

Таких методов два. Первый — обратиться к мафии. К китайской – напрямую или через нашу, принципиальной разницы здесь нет. Итог один и тот же — нулевой. Любая серьезная фирма КНР, имеющая возможность вернуть долг, при любом бандитском “наезде”, тут же вызывает полицию, и на этом дело заканчивается. Криминальные разборки и “крыши” в сегодняшнем Китае не сработают.
Да, в Китае есть мафия, есть триады, есть бандиты, но они имеют силу только в своих отраслях экономики – наркотики, оружие, публичные дома, игровой бизнес и т.д.
В нормальной экономике КНР их нет, и в обозримом будущем не предвидится. В пределах своей компетенции китайская полиция работает великолепно, и то, что имеет место у нас, просто немыслимо в Китае. На практике это означает – обращение в силовые структуры КНР через криминальные организации неэффективно и слишком дорого обходится.
“Фонд поддержки малого бизнеса” пытался получить долг в 800 000 US$ у даляньской экспортно-импортной компании. Русские бандиты из Владивостока с бандитами из Харбина и председателем “Фонда” поехали к бандитам из Даляня, затем всей дружной компанией отправились к ответчику. Итог – задержание полицией КНР всех гостей, возбуждение уголовного дела и приостановка в принятии к рассмотрению дела арбитражным судом до выяснения решения по уголовному делу. Что привело к пропуску срока исковой давности по основному делу.
Второй путь — попытаться захватить груз компании должника и на основании договора переуступки права требования его присвоить. Путь этот всем хорош, кроме одного – требуется два-три года работы и большие финансовые затраты. Данная работа подразумевает создание новой фирмы, создание репутации и лица компании, завоз в РФ значительного объема груза, а также получение решения суда России о взыскании долга и получение решения судебных приставов об аресте груза. При этом следует выдернуть из КНР своих представителей, заключивших договор, и забыть на ближайшие 10 лет дорогу в КНР.
В 1998 году компания “Класс I” попыталась осуществить такую акцию. По ее расчетам, стоимость акции должна была составить 150000-200000 US$ без полной гарантии успеха. Тогда же была сделана попытка выставить необеспеченные аккредитивы через банки Греции и Кипра (стоимость акции также 150 000 US$). Однако здесь существует проблема контроля над движением товаров и капиталов Банком Китая, который отслеживает такие банки и аккредитивы, и либо отказывается их принимать, либо требует на них гарантии “Дойчебанка”, Банка Нью-Йорка или других банков такого класса. Схема эта дорогостоящая и не дает гарантии успеха, даже 50/50.
Еще один вариант: арест грузов, принадлежащих должнику в третьей стране. Судебное решение может быть принято только российским судом или судом третьей страны, но не судом при ТПП КНР. Процедура ареста и реализации груза достаточно длительная, поэтому ответчик, при наличии нарушений со стороны истца, может снять арест, наложенный на грузы и имущество, прежде чем долг будет возвращен. Этот путь также весьма дорогой (от 35 000 до 60 000 US$). Сюда входит стоимость командировок, пошлин, сборов, судебных издержек, найма адвокатов в третьей стране. И вероятность получения долга – 50/50.
Третий путь — задержать обидчика и требовать в качестве выкупа возврат долга с родственников должника. Здесь два варианта действий: заманить в Россию и задержать под надуманным предлогом в правоохранительных органах. На этом специализируются предприниматели в Иркутской области и криминальные структуры (вариант: бандиты и контейнер).
В первом случае возможны проблемы, в связи с вмешательством хорошего адвоката и консульства КНР. Второй вариант плох тем, что данные действия являются уголовным преступлением и известно имя заказчика. При достаточности публичного шума ценность обоих вариантов может сравняться. И все же этот путь в середине 90-х применяли активно обе стороны, тогда он давал неплохие результаты. Сегодня при стабилизации общей ситуации в России и росте экономики при усилении центральных властей в КНР, данный метод перестает себя оправдывать. Часто от китайцев можно услышать предложение (обычно это звучит из уст силовиков, которые ничего не могут поделать с кредитором КНР): “Мы привезем его до границы и сдадим тебе, а ты выжимай, что можешь сам”. Что же тогда делать с пограничниками, таможней, миграционной службой, как вернуть должника назад, когда долг отдан? И опять-таки: похищение очевидно, заказчик очевиден, и что делать, если китайские родственники просто поднимут большой шум в прессе и по дипломатическим каналам? Подобные акции возможны при суммах долга от 1 000 000 US$, а просто так данную сумму никто не отдаст.

Некомплект документов

При арбитражных разбирательствах с той и другой стороны часто отсутствуют значительные массивы документов. Чаще всего недостающими частями становятся: переписка сторон (обычно есть плохо читаемые ксероксные копии, а в последние годы письма, полученные по e-mail, от подлинности которых часто отказываются стороны); приложения к договорам (ссылки на них есть, а текстов нет); приложения о взаиморасчетах (обычно тех, где говорится о расчете наличными); комплекты таможенных документов (что объясняется в России схемами “зеленых коридоров“ и откровенной контрабанды). В КНР это объясняется тем, что при ввозе товара используются компании из зоны СЭЗ приграничья.
И в довершение всего возникает проблема двойных и тройных контрактов. Это означает примерно следующее: для таможни России пишется один договор, для таможни КНР — другой, для себя же — третий. Умножьте это на отсутствие переписки, таможенных документов, и вам станет ясно, почему стороны не обращаются в суд. Им просто нечего там предъявить. Так, в апреле 2002 года к нам обратилась компания “Люй фан” из г. Шэньян. Китайцы поставили в Россию по контракту вагон краски. Сумма контракта — 54 000 US$. После чего китайцам заплатили 30 000 US$ и попросили еще два вагона, китайцы поставили их, но уже без контракта и не получили взамен ничего.
Итог – убытки китайцев 123 000 US$. В суд обращаться не с чем. Часто в торговые сделки вмешиваются наши силовики. Так, в 1999 году китайцы закупили в РФ 3 вагона алюминиевого металлолома. Руководитель китайской компании был убит с целью ограбления. Убийца задержан, осужден и на сегодняшний день отсидел 2 года из 12 полученных. Ну, а имущество — 135 тонн лома, личные вещи, имущество фирмы, деньги, изъятые у убийцы, согласно документам РОВД пос. Пограничный, находится на складе вещественных доказательств. Однако проверка, проведенная прокуратурой Приморского края, показала, что имущество гражданина КНР на сумму свыше 165 000 US$ просто исчезло, при этом документы и делопроизводство отсутствуют. Нет документов на покупку металла, нет таможенных деклараций на ввоз 30 000 US$, похищенных у убитого и найденных у убийцы. Все это невероятно затрудняет работу по возврату имущества и делает ее вообще невозможной.
Что делать в ситуации, когда нет документов, а надо идти в суд. Процедура восстановления недостающих документов весьма дорогая и длительная. Наш опыт свидетельствует, что в том случае, если их восстановление вообще возможно, это обойдется в 10-12 000 US$ и процесс займет от 8 месяцев до 1,5 лет. Технология заключается в следующем.
Вот типичная схема торговли РФ-КНР: ----товар----> ----товар---->
Обычно претензии предъявляются экспортеру, а не посреднику. Однако у посредника часто сохраняются документы, их можно найти в органах валютного контроля, таможне, структурах по сертификации. В архивах этих органов можно собрать все данные о контракте и о посреднике. Если посредник не имеет в архиве документов, или не желает их отдать, то в архивах банка, комитета валютного контроля и, главное, – в налоговых органах, можно найти доказательства прямой связи между основным экспортером и посредником.
Второй путь — это поиск обиженных работников, уволенных экспортером. В связи с тем, что делопроизводство в КНР зачастую ведется чисто символически, все архивные документы в компании можно найти у работника данного предприятия. Часто у таких работников за 50-100-200 US$ можно приобрести бесценные документы, необходимые для ведения арбитражного процесса реальной стоимостью в 500 000–600 000 US$.
Начиная работать с такими делами, следует первоначально разложить схему недостающих документов, точно определить, что нужно добыть, насколько дорого это обойдется и, главное, сколько займет времени.
 
Главная страница | Карта сайта | Ваши запросы | Новости | Почта
Компания MEGA POWER Hong Kong Croup Limited